Жоэль Шапрон: во Франции нет НИКАКОГО квотирования последние 50 лет, но доля национального кино выше, чем в России

После окончания конференции в кинотеатре «Пионер» корреспондент «БК» Рая Башинская поговорила с Жоэлем Шапроном, представителем UniFrance в Центральной и Восточной Европе:

article_71У французов создается впечатление, что Минкульт РФ расчищает поле для российских фильмов, и в этом отношении каким-то образом пытается бороться с так называемым засильем американского кино. И всячески стремится сделать так, чтобы молодежь в основном ходила на отечественные картины. Помимо того, что мне кажется неправильным, когда государство решает за зрителей, что они должны смотреть, я всегда считал, что не надо ограничивать, но нужно поощрять деятельность дистрибьюторов и кинотеатров. Если вы хотите защитить российское кино, то финансируйте площадки, которые отводят определенную долю сеансов отечественным фильмам. Во Франции мы ничего не ограничиваем, в последние пятьдесят лет в нашем кинопрокате не было никакого квотирования и прочих запретов. При этом доля национального кино в прокате у нас на порядок выше, чем у вас – без любых ограничений. В плохие годы рыночная доля французского кино составляет 35 процентов, в хорошие – 45–47 процентов. Я знаю, что в России обсуждают введение 35-процентной доли, но во Франции ограничение варьируется от количества залов, конкурентного окружения в городе и прочего, исходя из одной цели – создания репертуарного разнообразия. Нельзя просто ограничить число сеансов какими-то процентами, потому что подобные ограничения могут стать препятствием для развития зарубежного кино в России. Это в конечном счете сказывается на посещаемости. Боюсь, что российское правительство ограничивает в том числе возможности аудитории выбирать то, что ей нравится.

— На ваш взгляд, нужны ли на российском кинорынке объединения игроков индустрии для отстаивания собственных интересов?

Кинотеатрам и дистрибьюторам важно объединяться и защищать свои позиции перед Минкультом. В этом отношении у нас большую роль играют профсоюзы. Во Франции чаще всего все инициативы исходят от частных игроков и потом утверждаются правительством, а не наоборот. Я не уверен, что российские закупщики часто общаются друг с другом. Каждый год на наших конференциях складывается ощущение, что они приходят общаться не с французскими коллегами, а стремятся обсудить свои проблемы и трудности. Во Франции есть одна конфедерация дистрибьюторов, в рамках которой работает несколько профсоюзов, при этом есть общий объединенный подход в сотрудничестве с правительством. Каждый пытается защитить свои интересы (это нормально), при этом стремясь сохранить разнообразие в репертуаре. Крупные компании понимают, что если они выпустят «АВАТАР» в шести залах через каждые 15 минут, то наработка на копию будет очень низкой. Зачем? Лучше иметь полный зал в какое-то определенное время, чем полупустой зал через каждые 15 минут.

570-3920__vid99933e — Принято говорить, что российская киноиндустрия на подъеме. А как вы с точки зрения стороннего наблюдателя оцениваете состояние отрасли?

За последние пять лет улучшилось качество фильмов – и блокбастеров тоже. Сейчас выходят картины, которые ничем не уступают американским блокбастерам. «САЛЮТ-7», к примеру, снят замечательно. Если большой проект сделан хорошо, зритель, наверное, отдаст предпочтение отечественному контенту, потому что знает актеров и контекст. Не нужно ограничивать и расчищать поле, когда есть такие востребованные зрителями картины.

— Кассовое российское кино – крупнобюджетное и патриотическое – может представлять интерес для международной аудитории?

116875Смотря какое. Чем более оно патриотическое, тем менее интересно. Но, на мой взгляд, тот же «САЛЮТ-7» – не патриотическое кино при том, что это история россиян и их достижений. «ДВИЖЕНИЕ ВВЕРХ» – патриотическое кино, но не более, чем американский фильм об их победе в спорте. Преимущество этой картины не в патриотизме, а в игре актеров и режиссерской постановке – это хорошо снятое кино. Я помню потрясающе кадры на льду из «ЛЕГЕНДЫ № 17» – создатели специально вызвали специалистов для съемок подобных сцен. Иногда в патриотическом кино бывает посыл, что мы самые лучшие, а остальные – не плохие, а враги. Такое кино нельзя снимать, потому что оно поощряет ксенофобию. В то же время свои патриотические произведения есть в каждой стране: можно гордиться достижениями родины, но не в ущерб другим странам.

— В России есть стереотип, что Европу интересует только то российское кино, где наша страна предстает в самом невыгодном свете.

IuyMHs7DR4l8yngM5QNTPbAZUoiДело в том, что чаще всего ваши авторские фильмы мрачные. Это не Европу интересуют такие фильмы, это вы их снимаете – Звягинцев, Герман-младший, Федорченко, Гай Германика, Хлебников, Мещанинова. Если говорить, чего не хватает в российском кино у нас, то это того самого разнообразия. Мы точно знаем, кто пойдет на Сокурова, но не знаем, кто пойдет на «ЛЕГЕНДУ № 17». Как привлечь зрителя? Только деньгами, промоушном, рекламой, если нет упоминаний о Мэрил Стрип, Венсане Касселе или Каннском кинофестивале.

БК (полный текст здесь http://www.kinometro.ru/interview/show/name/Shapron_interview_8763)