Малобюджетный «Скайлайн 2» выглядит правдивее и изобретательнее, чем раздутый по бюджету «Бегущий по лезвию 2049», хотя рукопашные бои с «чужими» смотрятся комично

1457454881_skyline_filmtoday_2На просмотре «Скайлайна 2» я почувствовал себя десятилетним мальчиком в летнем кинотеатре курортного Зеленогорска, что под Ленинградом, середины 1970-х годов. Не то чтобы фильм напоминал «Неуловимых мстителей» или «Легенду о динозавре» — все гораздо сложнее. Дело в том, что в определенные дни недели зеленогорский киномеханик «поддавал», о чем все знали и к чему все были морально готовы, и путал части фильмов. Если это были части одного фильма, зал не роптал и реконструировал сюжет какого-нибудь французского детектива постфактум, что даже придавало ему дополнительную прелесть. Но бывало и такое, что, прокрутив несколько частей условного «Транссибирского экспресса», он заряжал в аппарат какую-нибудь «Гибель Японии». Тогда показ останавливали, механика укладывали спать, на сцену выходила администратор, приносила свои извинения и приглашала публику — за те же деньги — на просмотр в другой, трезвый день.

Вот и где-то в начале последней трети «Скайлайна 2» забываешь, что кино давно уже показывают не на пленке и не частями по десять минут. Только что сумрачный коп (Фрэнк Грилло) пререкался на борту летающей тарелки с существом, кажется, прикупившим на Хэллоуин уцененный костюм «чужого». Только что требовал от него освободить своего непутевого сына Трента (Джонни Уэстон) и помиловать беременную вагоновожатую метро Одри (Бояна Новакович), засосанных на летающую тарелку при помощи гигантского светового пылесоса. И ты готов побожиться, что ни на секунду не отводил взгляда от экрана. Но Трент с Одри уже ломятся сквозь джунгли «золотого треугольника» Юго-Восточной Азии. А наперерез им с гиканьем и свистом выбегают полуголые боевики опиумной мафии и начинают бить пятками в лоб, приговаривая что-то вроде «чужие здесь не ходят». Иного объяснения сему сну, кроме полинаркомании условного киномеханика, найти невозможно.

skyline2Когнитивный диссонанс длится довольно долго — до тех пор, пока янки наконец не окажутся в храмовом комплексе Ангкор-Ват и не объяснят младшему командному составу наркомафии, что вовсе не собирались нарушать их частную жизнь, а во всем виноваты инопланетяне. И мудрые восточные люди закивают согласно головами и скажут, что в курсе, только не надо так нервничать, потому что никакой это не апокалипсис, как показалось глупым белым людям, а «пустяки, дело житейское». Дескать, что вы знаете об апокалипсисе, вот у нас был апокалипсис так апокалипсис 40 лет назад, когда нас бомбили.

Тут в голову закрадывается новая — стоящая версии об укуренном механике — версия о жанровой природе фильма. Камбоджийцы явно имеют в виду адские бомбежки, которым США подвергали в рамках необъявленной войны их нейтральную родину в конце 1960-х — начале 1970-х годов. Не иначе, О’Доннелл контрабандой протаскивает антиимпериалистическую пропаганду, а «Скайлайн 2» — метафора метафизической мести третьего мира американской военщине, материализация мечты «проклятьем заклейменных» о том, чтобы Штаты испытали на своей шкуре все те кошмары, на которые обрекли их.

Хотя, скорее всего, все гораздо проще. Не стоит ли оценить «Скайлайн 2» как судорогу фильмов боевых искусств и космических ужасов? Или как реверанс обожаемому Тарантино жанру грайндхаус? Во всяком случае, эпилог «Скайлайна 2» поразительно напоминает анонс неснятого фильма Роберто Родригеса, в котором тот грозился отправить своего Мачете убивать в открытый космос.

Апофеоз — финальная схватка добра со злом. Устав громоздить кучу квазинаучно-фантастических благоглупостей о том, как победить инопланетян, камбоджийская братва вступает с армией пришельцев врукопашную. И тут выясняется, что против лома — точнее говоря, против маваси-гери — нет приема. И, если оторвать мастеру боев без правил руки, его убойной силы не убудет, пока ему не оторвут ноги. Но в таком случае зачем было тащиться куда-то в Ангкор? Не проще ли было Марку, пользуясь профессиональными связями, кликнуть лос-анджелесских пацанов с района — от «чужих» не отходя от кассы полетели бы клочки по закоулочкам.

Михаил Трофименков (kommersant.ru, полный текст здесь https://www.kommersant.ru/doc/3454098)