Вчера в нашем прокате стартовала судебная драма «Третье убийство», собравшая в Японии $12.5 млн

MV5BNjFkNGM5NTYtMWQyZi00ZGVkLTlmYTAtN2NjZDdiMGRjNmM4XkEyXkFqcGdeQXVyNTI4ODg2Mjc@._V1_Вчера в российский прокат вышел фильм «Третье убийство», судебный драма, своей структурой и сюжетной линией отсылающий к роману одного из самых популярных японских писателей Кэйго Хигасино.

Фильм о дуэте-дуэли адвоката и его подопечного создан под впечатлением (структурно подражает или, если хотите, концептуально сворован) от романа Кэйго Хигасино «Жертва подозреваемого X» (2006), ставшего в царстве детектива событием такого масштаба, что был издан даже у нас.  В «Третьем убийстве» мы тоже имеем совершенно определенного убийцу — и совершенно загадочные, путаные мотивы и нюансы, способные вывернуть наизнанку всю картину убийства. Роднит фильм и роман и тип героя — одинокого человека, чья жизнь оказалась настолько никчемной, что самопожертвование и самоотречение остались последним и единственным способом проявить свою волю, оправдать свое существование, да попросту обозначить себя на карте мира.

«Установление истины» — это словосочетание адвокат Сигемори встречает циничным хохотом злодея из старой индийской мелодрамы, даже неудобно — так давно уже не делают. «Выгода для подсудимого» — вот его цель. И у этой цели, в отличие от истины, которой можно вертеть как угодно, есть своя конкретная мера — сила приговора. Только вот новый его подопечный Мисуми — такой же вертлявый угорь для адвоката, как адвокат — для буквы закона, как сама истина в ловких построениях адвоката — для присяжных.

MV5BYzk2NWFlZDgtMTk0OS00YTcwLTg1ZGItNzViM2NmZjUwODc2XkEyXkFqcGdeQXVyNTI4ODg2Mjc@._V1_SY1000_CR0,0,706,1000_AL_30 лет назад этому же Мисуми за аналогичное преступление скостили смертный приговор — причем, не кто иной, как отец Сигемори, бывший судья. Мисуми отсидел, вышел, устроился на работу, был уволен и убил директора фабрики. Вокруг убийства он разбросал столько улик и ключей, словно бы предрассчитал всевозможные будущие ходы самого въедливого следователя. Теперь же, уже в качестве подсудимого, меняет свои показания как флюгер: начав с чистосердечного признания, доходит до его полного отрицания. Только хитроумный Сигемори придумает новую уловку,  а его подопечный, глядь, и сам уже предлагает нужную улику, о которой до той поры помалкивал. Сигемори, привыкший сам морочить голову, втягивается в азартный поединок, не сразу заметив, как увлекся погоней за истиной — им же самим сотню раз осмеянной.

Алексей Васильев (kommersant.ru, полный текст здесь https://www.kommersant.ru/doc/3613998)