Екатерина Барабаш первой подвела неутешительные итоги Года Российского кино

660x440_1_5a07bcc6b4b6b4dd2276643e6d4b7611785x523_0xc0a839a2_3605431314610070422016 год в России был посвящен российскому кино. Так и рапортовали повсюду: «2016-й – год российского кино». На бюджетные деньги выпустили кучу всяческой атрибутики – например, красивые шарфики с оленями и соответствующим ярлыком. Рогатый сказочный олень на сером фоне как нельзя лучше олицетворяет собою то, что мы имели в нашем кинематографе за отчетный период.

Самое, наверное, в этом главное – фон. Тот самый серый фон, на котором мало-мальски приличное произведение критики готовы расцеловать во все места. Вот, скажем, фильм «Экипаж» (на фото) Николая Лебедева – более чем среднее кино, с нестерпимо ходульными героями, словно сошедшими с обложки корпоративного журнала начала 90-х. Реклама в очередной раз сотворила чудо. А полнейшее отсутствие отечественного коммерческого кинопродукта заставило даже строгих критиков сильно понизить планку, найдя в картине массу несуществующих достоинств. Безрыбье затягивает – отвыкнув от щук, рыбаки готовы даже перед самим собой выдавать полумертвых ершей за грозных речных хищников.

Хотя, конечно, никто не поспорит, что в коммерческом отношении «Экипаж» преодолел потолок самых смелых ожиданий – 1,5 миллиарда рублей, кажется, не ожидали даже упрямые оптимисты. Круто, конечно. Однако вспомним, во-первых, какая реклама предшествовала релизу картины – моментами она была столь масштабной и агрессивной, что невольно рождала в мозгу мысли о спасении от нее в эмиграции. Во-вторых, если бы хоть один еще российский фильм преодолел в этом торжественном году миллиардный рубеж или хотя бы приблизился бы к нему на безопасное расстояние – можно было бы говорить о каких-то сущих успехах отечественного кинематографа в целом. Но учитывая, что за весь год российское кино заработало 8,1 миллиарда рублей, масштабный успех кинематографа позвольте поставить под сомнение. Очевидно, можно говорить не об успехах российского кино, а об успехах отдельных, точнее – одного отдельного – фильма.

Остальные коммерческие мечты не сбылись. Трагически мало собрал «Дуэлянт» Алексея Мизгирева. Известный как создатель авторских фильмов, поднимающих неудобные и сложные вопросы, Мизгирев на сей раз решил попробовать себя в мейнстриме. Но, видимо, так увлекся, что забыл написать сценарий, придумать достойную интригу, разработать характеры. В прокате картину ждала неудача – он отбил лишь половину бюджета, собрав 362 миллиона (при бюджете 720 миллионов). Однако фильм был встречен на «ура» — по крайней мере, критиками. Почему? Все просто – потому, что талантливый Мизгирев все-таки внес в свой фильм частичку кинематографа, того самого искусства, о принадлежности к которому кинематографа в последнее время забыли начисто.

Похожая судьба ждала и «Ледокол» Николая Хомерики, тоже известного постановщика неспешных раздумчивых картин, решившего проложить себе дорогу в коммерческое искусство, как тот его ледокол. И так же, как ледокол, застрявшего. Вялость действия, отсутствие внятной интриги, бледная актерская игра – как с этим выйдешь на настоящий конкурентный рынок? Выйти-то попробовали, да застряли в дверях. Отбить вложенные деньги не удалось – сборы фильма составили 335 миллионов при бюджете 600 миллионов.

Словом, экипаж «Экипажа» оказался удачливее экипажа «Ледокола». Но, несмотря на то, что «Экипаж» собрал больше миллиарда, самым удачливым фильмом года аналитики считают комедию «Жених» Александра Незлобина – историю в «стиле Камеди Клаб» о приключениях европейца в российской глубинке. При скромном бюджете в 90 миллионов «Жених» отхватил почти полмиллиарда рублей. Это – конечно, удача для авторов, но никак не удача для отечественного кино в целом. Вспомним, скажем, как два года назад фильм Жоры Крыжовникова «Горько!» при затраченных 1,5 миллионах долларов собрал в российском прокате больше 25 миллионов долларов. Крыжовников почти возродил тогда в нас веру в наше кино, тем более что фильм был снят без государственной поддержки.

Но оказалось, что возрадовались мы раньше времени – 2016-й принес одни разочарования. И не надо, пожалуйста, продолжать тыкать пальцем в удачливый «Экипаж» — исключения, как известно, просто лучше видны на сером фоне. Как тот сказочный олень на шарфике.

Ведь это правда смешно невероятно – государство готово тратить миллионы на киномусор вроде «28 панфиловцев», а режиссеров, составивших, пафосно выражаясь, славу отечественного кино, обходить стороной. Безнравственность такой государственной «поддержки» очевидна – кинематограф лишается солидных имен, солидные имена лишаются кинематографа, а все мы лишаемся и того, и другого.

Когда страна сама по себе перевернута с ног на голову – почему бы в таком же положении не оказаться и кино? Министр культуры всеми возможными средствами приветствует фильм «28 панфиловцев» — картину до того серую, что даже критиковать ее трудно, настолько отсутствует в ней все, что хоть отдаленно напоминает кино. Вопреки всякой исторической и человеческой логике министр культуры награждает создателей «28 панфиловцев» бумажкой «За верность исторической правде», на самом деле плюнув этой правде в ее и без того заплеванные глаза.

Господдержка российского кино за минувший год окончательно превратилась в закрытые междусобойные игры, не призванные ни на йоту поддержать Кино. С некоторых пор Фонд кино, распределяющий государственные субсидии, принимает во внимание исключительно будущую прокатную судьбу фильма – ясное дело, Фонду надо вернуть деньги. Собственно, Фонд кино, созданный когда-то как финансовое подспорье кинематографу, превратился в коммерческий банк. Поэтому вопреки, казалось бы, нормальной логике, Фонд кино дает деньги лишь тем, кто по идее сам может и должен зарабатывать. При этом министерство культуры, оставившее за собой безвозвратное финансирование авторского и документального кино, быстро научилось лукавить и заносить в разряд финансируемых им авторских фильмов развесистую продукцию вроде режиссерского дебюта Гоши Куценко «Врач» и продюсерского опыта Сергея Безрукова, снятого его женой Анной Матисон, «После тебя». К авторскому кинематографу эти фильмы имеют примерно такое же отношение, как хрюшка по имени Жизель – к балету.

Кроме того, поддержка государством этих проектов продемонстрировала и глубокое невежество государства в части понимания того, как работает киноиндустрия. Минкульт действует с грацией слона в посудной лавке, выдавая деньги под имена. Наивные надежды, что зритель пойдет на известные имена Гоши Куценко и Сергея Безрукова, ничтоже сумняшеся перечеркивают и малейшие потуги на вложение в рекламу и продвижение обласканных картин. Мол, имена сделают всю работу. Да вот фиг вам – не сделают. И никогда не делали. Вообще пока государство не начнет всерьез вкладываться в продвижение фильмов, сделав его отдельной строкой кинобюджета, удачи отечественного кино будут исключительно случайными.

Все тише и тише становятся голоса тех режиссеров, которые еще недавно готовы были говорить на больные темы, не боялись поднимать тяжелые вопросы. За весь минувший год только Кирилл Серебренников отважился говорить со зрителем о чем-то неудобном, неприятном («Ученик»). При всех огрехах этой картины та тревога, которую чувствуют авторы и которой они пытаются поделиться со зрителем, поднимает эту картину на несколько уровней выше всего созданного за этот год. Режиссеры сейчас катастрофически теряют способность к рефлексии – чуткое режиссерское ухо не улавливает спроса на нее. Кино на глазах стало беззубым, соглашательским, оно готово судачить о чем угодно, только не о том, что беспокоит настоящего художника, что раскалывает общество и что приводит к агрессии современного человека.

Печальное положение не способен уравновесить даже «Серебренный лев» венецианского фестиваля картине «Рай» Андрея Кончаловского, несомненно, очень значимой награды как для режиссера, так в целом для российского кино. Сейчас наступили такие времена, что после каждой плохой новости хочется вздохнуть и сказать знаменитое: «Спасибо, что живой!». Но, похоже, и эти благодатные времена проходят, скоро эта фраза будет считаться признаком идиотического оптимизма, зато получит большую актуальность известное из Жуковского: «Не говори с тоской: их нет, но с благодарностию: были».

Екатерина Барабаш для kino-teatr.ru (полностью текст здесь http://www.kino-teatr.ru/blog/y2016/12-15/889/)